3-ая международная конференция и выставка нефтегазовой и электроэнергетической промышленности “POGEE”, 18-21 мая 2005, Карачи, Пакистан :: Cтационарные аккумуляторные батареи
 





тел. Ростов+7 569 0020265,
не дозвонились?мы перезвоним!

На объектах, где используются стационарные аккумуляторные батареи важно обеспечить четкое и неукоснительное соблюдение всех требований по их надлежащей эксплуатации и обслуживанию.

3-ая международная конференция и выставка нефтегазовой и электроэнергетической промышленности “POGEE”, 18-21 мая 2005, Карачи, Пакистан

18-05-2005


18-21 мая 2005
3-ая международная конференция и выставка нефтегазовой и электроэнергетической промышленности “POGEE”
«Региональные и технические перспективы нефтяной и газовой промышленности Пакистана»
Место проведения: Karachi Expo Centre Г.Карачи, Пакистан

Оборудование для нефтяной и газовой отрасли, оборудование для разведки, разработки, эксплуатации, строительство и технологии.


Интервью с М.Слободиным

06-02-2006
Телеканал РБК, ДИАЛОГ

Ведущий Илья ГорбуновВЕДУЩИЙ: Какие выводы должны будут сделать те, кто отвечает за энергетику, прежде всего за столичную, особенно после того как холодная зима 2006 года, наконец, пройдет. Эту тему мы обсудим с Михаилом Слободиным, генеральным директором компании "Комплексно-энергетические системы".КОРР.: Честность в работе с населением проявил еще будучи пионером, когда нашел кошелек с пенсией и отнес его в милицию. Играет в настольный теннис, любит путешествовать. В России повидал много интересных и красивых мест. Девиз в жизни - работайте и вас заметят.ВЕДУЩИЙ: Владимиром Миловым, президентом Института энергетической политики.КОРР.: В детстве мечтал стать музыкантом, увлекается рок-музыкой. Любит бывать в Австралии и Океании. Оттуда привозит различные сувениры, которые с удовольствием коллекционирует. Считает, что всегда нужно говорить только правду и ничего кроме правды.ВЕДУЩИЙ: В разгар холодов издание "Газета" высказалась следующим образом, я это высказывание приведу: "Энергосистема столицы висит на волоске, и даже штатная авария на тепловых или электрических сетях может вызвать цепную реакцию отключения в Центральном регионе России". Предлагаю начать беседу, итак, может ли или нет штатная авария в Москве вызвать цепную реакцию в России?Михаил СЛОБОДИН: Первое - уберем тепловые сети, потому что штатная авария в Москве на тепловых сетях на Центральной России никак не скажется. Что касается электричества, безусловно, в Российской единой энергетической системе существует система противоаварийной автоматики, которая призвана локализовывать такие аварии. Я думаю, что после московского кризиса те уроки, связанные с диспетчированием, с взаимодействием технических служб между собой, были учтены, и такого системного развития аварии на другие территории, на Центральную часть России, я думаю, что не будет.Владимир МИЛОВ: Я согласен с Михаилом. Действительно, майская авария показала, что все-таки противоаварийная автоматика, которая еще в советское время устанавливалась, она работает. Действительно все-таки на ограниченном количестве территорий произошло распространение аварии, тогда всю Москву не отключили. Я думаю, что в общем и аварий в этом плане не надо бояться.ВЕДУЩИЙ: А как, принципе, могла возникнуть такая идея, что авария в Москве может сказаться на Центральной России?Михаил СЛОБОДИН: Дело в том, что, безусловно, у нас генерирующие источники взаимосвязаны друг с другом, и в целом благодаря этому мы имеем возможность получать электрическую энергию, которая вырабатывается на других территориях, поэтому именно сейчас Москва имеет возможность получать электрическую энергию из других регионов. В связи с тем, что в случае возникновения какой-то нештатной аварийной ситуации возникает соответствующее отключение генерирующих источников или сетевой инфраструктуры, и в результате работы противоаварийной автоматики проблема локализации...ВЕДУЩИЙ: Хорошо, противоаварийная автоматика сработает, а вот такое высказывание - "энергосистема столицы висит на волоске". Это из области журналистских фантазий или это все-таки имеет реальную оценку?Владимир МИЛОВ: Я думаю, это все-таки немножко гипертрофированная постановка вопроса. Мне кажется, нам сегодня правильнее говорить не столько об авариях, аварии - все-таки это крайнее развитие событий. Существует довольно много мер, которые постоянно принимаются, направленных на то...ВЕДУЩИЙ: Почему не стоит говорить об авариях?Владимир МИЛОВ: Предотвращать их возникновение. Мне кажется..., вот Михаил говорил об уроках, извлеченных из майского блэкаута в Москве. Я думаю, что главный урок состоит в том, что теперь тщательнее стали следить за состоянием системы, работать над тем, чтобы минимизировать вероятность возникновения аварийных ситуаций. Мне кажется, в этом отношении после мая месяца ситуация сильно улучшилась. Где она не улучшилась, это с наличием генерирующих мощностей. Спрос на электроэнергию растет и случаются такие ситуации, которая была на этой и прошлой неделе в Москве, когда мощностей просто не хватает. Аварии нет, но электроэнергии недостаточно для того, чтобы удовлетворить спрос.Михаил СЛОБОДИН: Проблема более системная на самом деле, я с Владимиром согласен. Дело в том, что сегодня спрос, который предъявляется населением, бытовым сектором и, соответственно, промышленностью, в период холодов существенно превышает возможности энергосистемы. В результате мы имеем плановые неаварийные отключения и ограничения потребителей. Для того, чтобы этого не было, это совершенно другой подход. Это нужно увеличивать генерирующие мощности, это нужно развивать сетевую инфраструктуру. Это более системная ситуация.ВЕДУЩИЙ: А почему не делали этого раньше? Давайте начнем с такого, может быть, риторического вопроса, но все-таки поймем проблему.Mихаил СЛОБОДИН: Первое - на самом деле об этой проблеме Анатолий Борисович Чубайс говорит уже, наверное, с того момента, как он пришел в РАО "ЕЭС России".ВЕДУЩИЙ: Но попал в точку почему-то именно в эту зиму.Михаил СЛОБОДИН: Потому что на самом деле примерно на этот период и прогнозировалась та ситуация, о которой говорили 5 лет назад.ВЕДУЩИЙ: То есть Чубайс хорошо знал, когда наступят в Москве холода.Михаил СЛОБОДИН: Холода лишь обострили эту проблему. Эта проблема уже была достаточно давно понятна тем специалистам, которые в этом секторе работают. Дело в том, что на сегодняшний день у нас не заработал инвестиционный механизм в электроэнергетике, в связи с тем, что рыночный механизм формирования цен на электрическую энергию только формируется. У нас сегодня затратный принцип ценообразования. У нас тарифные ограничения. На сегодняшний день последние три года РАО "ЕЭС России" регулируется ниже инфляции, соответственно, тарифных источников для финансирования существенной инвестиционной программы для покрытия растущих потребностей в электрической энергии у самих компаний реально нет.ВЕДУЩИЙ: То есть денег нет? Михаил СЛОБОДИН: Абсолютно точно. При этом на самом деле масштабы износа, мы уже 150 раз про это говорили, они реально растут, и нам нужно менять принцип, нам нужно привлекать частные инвестиции.ВЕДУЩИЙ: Об этом действительно давно говорилось. Денег действительно нет?Владимир МИЛОВ: Денег действительно не достаточно. Кстати говоря, эта проблема весьма актуальна для Москвы, где сейчас мы испытываем самые большие сложности с электропотреблением. Например, в Москве в 2002-2003 годах "Мосэнерго" работала просто с нулевой рентабельностью. То есть это как раз тот период, когда, вообще-то говоря, должны были закладываться основы для создания генерирующих мощностей под растущий спрос. Если бы тогда вложили деньги, то на самом деле, может быть, сегодня не было бы и того кризиса, через который мы все проходим.ВЕДУЩИЙ: Простите, но деньги исчезают в двух случаях: или их недостаточно получают, или их слишком много тратят. Вот как вы считаете, в случае с "Мосэнерго" какая была ситуация - недостаточно много получали?Владимир МИЛОВ: Скорее это, но с другой стороны, здесь есть еще одна проблема, кроме денег - это неэффективность централизованной энергетики, которая работает под руководством государства, и тех инвестиционных решений, которые принимаются. У нас уже много говорили о том, что у нас достаточно большие средства расходуются на строительство генерирующих мощностей - где? На востоке страны, например, Бурейской ГЭС, где нет дефицита генерирующих мощностей. При этом почти ничего не тратится на строительство новых мощностей там, где есть растущий рынок, там, где растет спрос, и там, где мощности в ближайшее время понадобятся. Вот эта система, не очень эффективная при распределении инвестиционных ресурсов, она существует в плановой централизованной экономики, частью которой до сих пор пока, к сожалению, является РАО ЕЭС.ВЕДУЩИЙ: Владимир, спасибо. Как вы прокомментируете, в частности, высказывания Владимира относительно Бурийской ГЭС? Не надо было достраивать?Михаил СЛОБОДИН: На самом деле ситуация другая, я бы сформулировал это следующим образом. Достраивать Бурейскую ГЭС, с моей точки зрения, необходимо было, но с другой стороны, мы уже три года ждем соответствующих решений правительства по поводу реализации механизмов по привлечению частных инвестиций в отрасль. Если 3-4 года назад мы приняли соответствующее решение, то вот сейчас уже начинали бы вводиться те мощности, которые бы покрывали растущий дефицит, потому что на сегодняшний день при запуске этих механизмов реально инвесторы готовы строить генерирующие мощности. Поэтому нужно создавать ряд серьезных условий, и, к сожалению, до сих пор они не были созданы.ВЕДУЩИЙ: Иначе говоря, реформа просто сильно запоздала?Михаил СЛОБОДИН: Да, с реформой, конечно, запоздали, это очевидно, об этом уже говорили и говорим несколько лет.ВЕДУЩИЙ: Хорошо, сегодня как бы вы оценили положение Москвы, как региона, который и производит электроэнергию, и ее потребляет?Михаил СЛОБОДИН: На самом деле Москва - самый крупнейший в стране потребитель тепловой и электрической энергии. Другие регионы по сравнению с ней отстают в разы. Это на сегодняшний день наиболее динамичный регион с точки зрения роста спроса на электрическую энергию. При этом даже не на сами киловатт-часы, а скорее на потребляемую мощность, в связи с тем, что активно развивается бытовое потребление населения, бизнес и так далее развивается. У них совершенно другие параметры спроса, нежели чем у промышленных предприятий. На самом деле сегодня дефицит даже не в киловатт-часах, а дефицит в мощности. То есть мы включаем чайники, включаем обогреватели и так далее...ВЕДУЩИЙ: Как вы прогнозируете дальнейшее развитие, мы будем все больше и больше их включать?Михаил СЛОБОДИН: Дело в том, что мы в Москве очень активно движемся к западной структуре потребления электрической энергии. Там большую, значительную часть, подавляющую часть потребляет бытовой сектор, малый и средний бизнес, у которого график спроса совершенно другой, нежели у промышленности. У промышленности он, как правило, более-менее ровный в течение суток и в течение года. В то время как у нас население, бытовой сектор и малый и средний бизнес имеет совершенно очевидные, ярко выраженные часы максимума нагрузок.ВЕДУЩИЙ: Спасибо, Михаил. Насколько я вас понял, вся задача состоит сегодня не в том, сколько мы производим энергии, а именно как мы ее потребляем. Вы согласны с этим, Владимир?Владимир МИЛОВ: В какой-то мере. Я все-таки понял из слов Михаила, с чем я согласен, что главное - это создать механизм воспроизводства, инвестиционный механизм, который позволял бы электроэнергетике быстро следовать за спросом и отвечать на потребности рынка в новых генерирующих мощностях - вот это все-таки главное. А что касается Москвы... Москва - это действительно образец бурного экономического роста и перехода в постиндустриальную эпоху. Да, это экономика услуг, которая растет в значительной степени не за счет промышленности, а за счет коммерческого сектора. Растет довольно бурно и этот рост оказался немножко более быстрым, чем даже предполагали. Есть все основания ожидать, что и в дальнейшем спрос на электроэнергию в Москве будет существенно расти. Если за этим будет поспевать строительство новых мощностей, то значит никаких проблем не возникнет. А если реформа и дальше никуда не выльется и мощности строить не будут, то будем ограничивать еще больше, чем сегодня.ВЕДУЩИЙ: А может быть, все-таки проблема не столько в генерирующих мощностях, сколько в сетях?Владимир МИЛОВ: И в сетях тоже. Безусловно, это такая довольно острая ситуация, но с другой стороны, все-таки логика построения единой энергосистемы такова, что, во-первых, всегда речь шла о строительстве генерации рядом с крупными центрами потребления. Все-таки магистральные сети в основном служили для цели резервных перетоков между крупными энергопотребляющими регионами. Я думаю, что эту логику целесообразно сохранить, потому что чего электроэнергию передавать на далекие расстояния. Это связано с потерями не всегда экономически эффективными.ВЕДУЩИЙ: Но все-таки майская проблема в Москве возникла не из-за того, что какая-то электростанция остановилась, а из-за того, что просто полетела одна из подстанций в Москве. То есть все-таки вопрос был в сетях.Михаил СЛОБОДИН: Совершенно очевидно стоит вопрос сбалансированного развития и генерации, и сетей, и магистральных, и распределительных. Дело в том, что если вы будете иметь генерирующие источники и нет возможности доставить электрическую энергию в ту точку, которой она потребляется...ВЕДУЩИЙ: И самое главное, для этого нужны деньги, об этом мы поговорим уже в следующей части нашей программы, потому что мы прерываемся на новости.Итак, за время новостей мы окончательно договорились, что вся, конечно, проблема в деньгах, это было понятно. Вопрос: насколько правильно сейчас "Мосэнерго" будет вести свою политику в целях привлечения инвестиций? Имеется в виду предполагаемая эмиссия. Давайте начнем с вас, Михаил.Михаил СЛОБОДИН: На самом деле, насколько правильно, я думаю, что это нужно относить к менеджменту компании и соответствующих акционеров.ВЕДУЩИЙ: А вот очень хорошо, чтобы вы со стороны оценили этот вопрос.Михаил СЛОБОДИН: С моей точки зрения, сейчас стоит большая серьезная задача - проработать набор серьезных инвестиционных проектов по развитию генерирующих мощностей и соответствующее развитие сетевой инфраструктуры. Это задача не "Мосэнерго", поскольку она сегодня является генерирующей компанией, а соответствующих сетевых компаний, которые тоже функционируют на территории Москвы и Московской области.ВЕДУЩИЙ: Сегодня "Мосэнерго" разделилась на 13 компаний. С чем вы связываете это деление, как это поможет в привлечении инвестиций?Михаил СЛОБОДИН: На самом деле "Мосэнерго" разделилась на 13 компания, большая часть, подавляющая часть из которых никакого прямого отношения к производству электрической и тепловой энергии не имеет. Это сервисные компании, в которых сосредоточены социальные какие-то активы и так далее.ВЕДУЩИЙ: То есть бросили социалку.Михаил СЛОБОДИН: Освободили тарифы.ВЕДУЩИЙ: Простите, сразу перебью, а, кстати, с вашей точки зрения, скажется ли такое разделение на структуре формирования тарифов?Михаил СЛОБОДИН: Я думаю, что не скажется. Условно говоря, общая нагрузка тарифная в связи с разделением компании, по моему мнению, не увеличится.ВЕДУЩИЙ: Владимир, ваш комментарий пожалуйста.Владимир МИЛОВ: Кстати говоря, от этого и исчезает общая потребность в том, чтобы тарифы росли и у компании появлялось больше возможностей для инвестирования, потому что какой способ привлечения инвестиций вы не придумаете, будут это банковские кредиты или это будут дополнительные эмиссии, прямые инвестиции, все равно нужно обеспечить нормальную доходность этих инвестиций, для того чтобы инвестор пришел. Надо отдавать себе отчет в том, что сегодняшние тарифы, я буду говорить неприятные вещи, но это, как выясняется, правда. Сегодняшние тарифы нормальной доходности инвестиций не обеспечивают, поэтому мне кажется, что сегодняшние проблемы с кризисной ситуацией в связи с холодами в Москве, они как раз должны очень многому научить наших потребителей, что электроэнергия не бесплатное благо, которое сваливается с неба, что она стоит денег. Для того, чтобы она была всегда в нужном объеме, какую мы хотим, за это нужно платить. Мне кажется, что все-таки это должно в серьезной мере отрезвить общество, дать ему понять, что платить за электроэнергию нужно существенно больше.ВЕДУЩИЙ: Владимир, если я вас правильно понял, вы говорите так, что если сегодня сохранится та тарифная политика, которая проводится, инвестор не придет в энергетический сектор. Предполагаемая миссия на уровне 10 миллиардов, если я не ошибаюсь, которые планирует привлечь "Мосэнерго", не состоится.Владимир МИЛОВ: Скорее всего шансы провести ее успешно будут практически равны нулю. Очень мало будет инвесторов, которые при таких низких тарифах будут заинтересованы все-таки прийти и работать в "Мосэнерго".ВЕДУЩИЙ: Как вы считаете?Михаил СЛОБОДИН: Я с Владимиром согласен. Дело в том, что в большинстве случаев на сегодняшний день текущий уровень тарифов не обеспечивает приемлемую возвратность на вложенный капитал. Найти проекты, в которые можно вкладывать деньги, достаточно большая проблема на сегодняшний день.ВЕДУЩИЙ: Интересно, руководство РАО ЕЭС очень жестко привязала тарифы к инфляции, причем прогнозировало их рост, именно жестко связанный с инфляцией, на несколько лет. То есть провела такую пролонгированную несколько политику. На что же тогда они рассчитывали?Владимир ПУТИН: Ну, скорее я бы не стал говорить, что руководство РАО ЕЭС было инициаторами этого. Инициатором всегда было правительство, для которого регулирование инфляции является одной из таких важнейших макроэкономических задач, и которое никак не может решить вот эту монетарную задачку сдерживания роста денежного предложения и монетарные компоненты инфляции, как ее называют, поэтому назначили крайнего - это тарифы естественных монополий. На мой взгляд, РАО просто было вынуждено действовать таким образом, понимая, что другие номера с правительством не пройдут. Но мне кажется, это очевидно неправильная политика, и мне кажется, что нам давно пора понять, что нам не нужно зацикливаться на том, чтобы каждый год торговаться по поводу того, насколько повысить тарифы. Нужно один раз освободить их, прийти к конкурентному ценообразованию, и сложится такая ситуация, когда тарифы будут в течение длительного времени устойчиво достаточными для того, чтобы обеспечивать нормальный инвестиционный процесс.ВЕДУЩИЙ: В основе реформы электроэнергетики лежит идея замедления роста тарифов за счет более эффективной загрузки мощностей и конкуренции между производителями с различным уровнем издержек, - пишет журнал "Эксперт". Развитие свободного рынка электроэнергетики - к чему это приведет? По мнению экономистов, начало свободной торговли киловаттами показало: цены складывались на уровне ниже регулируемого тарифа. Так начиналась торговля два года назад. Экономисты полагают, что ее развитие должно быть таким: цена в свободном и регулируемом секторах рынка должна постепенно сближаться, при этом чем большую долю будет занимать нерегулируемый рынок, тем большее влияние на цены окажут различные факторы гибкости, - так пишут эксперты. В частности, условия доступа производителей на рынок. Последнее, добавим, наверное, самое важное, причем не только для энергетики, но и для реформирования монополий вообще. Итак, движение к свободному рынку и как следствие колебания электрических цен. Причем наверняка в течение длительного времени.В связи с этим мне вспоминается, как пришлось однажды говорить с одним из крупных промышленников. Он мне сказал, что зарубежные партнеры, инвесторы его компании упрекали нашу тарифную политику как раз в том, что у нас почти невозможно их предсказать, спрогнозировать. Государственное регулирование должно как раз обеспечить прогноз и предсказуемость тарифов. А что даст переход к свободному рынку? Вопросов много, но главный на сегодня, как вообще прогнозировать тарифы.Владимир МИЛОВ: Я бы разделил проблему на две части. Первая - прогноз, а второе - это риски, связанные с политизированным регулирование, с искусственным сдерживанием тарифов, что мы в общем сегодня наблюдаем, пока государство сохраняет рычаги по управлению этим процессом. Я думаю, что регуляторные риски на самом деле - это главный фактор, который влияет на принятие инвестиционных решений.ВЕДУЩИЙ: Как вы считаете, мы никогда не отпустим тарифную политику, я имею в виду государство.Владимир МИЛОВ: Нынешние власти никогда.ВЕДУЩИЙ: А вы как считаете?Михаил СЛОБОДИН: Я думаю, что либерализация все равно энергетического сектора идет, в том числе увеличивается доля свободного сектора. Кроме того в этом году мы переходим на регулируемые долгосрочные договора, которые как раз позволят пусть в среднесрочной перспективе, но спрогнозировать ценовую политику для генерирующих активов и, соответственно, для потребителей. Но тем не менее, я думаю, что до 2008 года, конечно, серьезная либерализация энергетического рынка, отпуска цен на электрическую энергию, конечно, не предвидится.ВЕДУЩИЙ: И соответственно, если судить по вашим словам, не предвидится серьезных инвестиционных вложений в энергосистему.Михаил СЛОБОДИН: Именно так.ВЕДУЩИЙ: Какими должны быть тарифы, для того чтобы это сдвинулось с мертвой точки?Владимир МИЛОВ: Вы знаете, я как раз говорил бы не о конкретной цифре, и мы в этой студии сейчас вряд ли определим здесь конкретную цифру. Можем, конечно, какие-то экспертные вещи назвать...ВЕДУЩИЙ: Я же сказал - от уровня.Владимир МИЛОВ: Скорее, мне кажется, правильнее создать механизм, который определял бы цены на основе спроса и предложений, на основе реальной потребности в энергетических мощностях и цены, которую потребители готовы платить за то, чтобы эти мощности были.ВЕДУЩИЙ: Свободный рынок электроэнергии.Владимир МИЛОВ: Абсолютно так.ВЕДУЩИЙ: А как вы считаете, есть такое мнение, что если мы вообще освободим рынок электроэнергии, тарифы могут даже... не скажу - упасть, но очень серьезно замедлиться.Михаил СЛОБОДИН: Я думаю, что в текущей перспективе снижения тарифов точно не будет, особенно в той ситуации в Московском регионе, в связи с дефицитом мощностей, поскольку на самом деле дополнительные киловатт-часы закрывают абсолютно неэффективные станции уже, себестоимость которых на 20, 30, 40 процентов выше, чем те, которые работают и закрывают базовую нагрузку. Поэтому цены в тех регионах, где реальный дефицит, будут расти. Там, где у нас существует определенный избыток, такие регионы, оазисы энергетического счастья, они потихоньку сокращаются, но они все равно существуют, там цены, возможно, даже будут снижаться.ВЕДУЩИЙ: Очень часто говорят о механизме, который гарантировал бы инвестиции в электроэнергетику. По вашим словам я понимаю, что сегодня таким механизмом может быть грамотное, с вашей точки зрения, свободное тарифное регулирование. Есть еще какой-нибудь механизм или это только так?Михаил СЛОБОДИН: Есть еще другие варианты, которые мы сегодня обсуждаем с нашими потребителями, это возможность заключения долгосрочных договоров на поставку электрической энергии, когда мы строим соответствующий генерирующий источник, и он поставляет электрическую энергию или тепловую энергию для конкретного потребителя, с которым заключается долгосрочный контракт. Таким образом, и потребитель имеет гарантированную прогнозируемую тарифную... ценовую политику, тут скорее не тарифы, и, соответственно, производитель имеет возможность и гарантированный сбыт энергии по соответствующим ценам. Такая тема в России, к сожалению, сегодня развивается пока слабо, но тем не менее этот сегмент реально растет. Я думаю, что в ближайшем будущем не значительная, но часть дефицита будет покрываться за счет таких проектов.ВЕДУЩИЙ: Насколько я понял Михаила, все-таки существует механизм, который сегодня может обеспечить гарантию для инвесторов. Вы согласны с этим, Владимир?Владимир МИЛОВ: Безусловно, привлечение инвестиций - это такая задачка, которая имеет много разных компонентов. Она сложно устроена, и я согласен с тем, что долгосрочный договор - это очень важный механизм, который гарантирует будущую выручку, который облегчает задачу привлечения инвесторов, привлечения финансовых ресурсов с рынка. Проблема в том, что в России сегодня, особенно на энергетических рынках, у нас долгосрочные отношения совершенно не развиты. То есть все поставки, которые мы имеем, и не только на рынке электроэнергии, но и на рынках топливных, они все носят такой квартальный в лучшем случае характер. Договариваемся на три месяца, а как там дальше будем жить, посмотрим. Мне кажется, это сильно наносит ущерб инвестиционному процессу, потому что посмотрите, например, как привлекает кредиты для своего развития "Газпром". Он закладывает под эту будущую выручку от долгосрочных контрактов на экспорт газа в Европу, которые у него заключены на 10, 20, 30 лет. Вот это то же самое, что мы должны делать у себя дома, в том числе и на рынке электроэнергии.ВЕДУЩИЙ: Почему я заострил внимание на этом вопросе, просто недавно, буквально несколько минут тому назад в студии мы вроде бы как договорились о том, что у нас нет гарантированного механизма для привлечения инвестиций. И вы говорили о том, что может произойти такая ситуация, что ожидания "Мосэнерго" на привлечение 10 миллиардов не сбудутся, как раз потому что нет защиты для инвесторов. А у нас все-таки есть получается, да?Владимир МИЛОВ: Я бы все-таки говорил о том, что эта задачка из многих составляющих, где ключевой вес, конечно же, имеют тарифы, и никакие долгосрочные договоры в системном плане не помогут решить проблему до тех пор, пока тарифы не обеспечивают нормальную доходность вложений.ВЕДУЩИЙ: Давайте вот такой вопрос обсудим. Сколько сегодня нужно Москве, с вашей точки зрения, для того чтобы ее энергетическое хозяйство хотя бы функционировало в том состоянии, в котором оно есть сейчас? Сколько денег надо и сколько все-таки "Мосэнерго" сможет привлечь? С кого начнем, кто готов первым?Михаил СЛОБОДИН: Простое воспроизводство "Мосэнерго" сделало очень оценочную вещь. Я думаю, что сегодня должно будет обходиться порядка в 200-300 миллионов долларов инвестиций, которые будут только воспроизводить то, что сегодня существует.ВЕДУЩИЙ: Это в миллиардах рублей как раз 6, приблизительно 6.Михаил СЛОБОДИН: Это то, что нужно для того, чтобы поддерживать текущую мощность. А если говорить о реальном развитии и закрытии растущего спроса, то вы спокойно умножьте эту цифру на два, а, возможно, и на три и, соответственно, имейте это в виду. Причем это делать нужно ежегодно.ВЕДУЩИЙ: То есть почти 18 миллиардов, так?Михаил СЛОБОДИН: Да.ВЕДУЩИЙ: От 15 до 18 миллиардов рублей в данном случае необходимо энергетическому хозяйству Москвы, для того чтобы...Михаил СЛОБОДИН: Москвы и Московской области, я бы так сказал. Я бы не делил эту ситуацию, потому что они сильно друг с другом взаимосвязаны.ВЕДУЩИЙ: Владимир, как вы думаете, сколько привлекут все-таки?Владимир МИЛОВ: Трудно сказать, сколько привлекут. У меня самые пессимистичные оценки. Могут и вообще ничего не привлечь, потому что частному инвестору сегодня не интересна электроэнергетика. Посмотрите на статистику, например, в структуре финансирования капитальных вложений в электроэнергетике страны в целом доля инвестиций, привлеченных с рынка, составляет порядка 4-5 процентов. Все остальное это какие-то централизованные средства, средства абонентной платы РАО "ЕЭС России", даже бюджетные деньги там фигурируют. То есть частный инвестор, финансовые рынки не идут в эту сферу. Единственное, что приходит, это инвестиции крупных промышленных компаний, которые хотят получить контроль над мощностями для каких-то своих целях.ВЕДУЩИЙ: Ну, может быть, так и будет развиваться у нас энергетика?Владимир МИЛОВ: Если мы хотим, чтобы ее просто разобрали между собой промышленные группы, а весь остальной рынок вот так и остался с проблемами, которые есть сегодня, наверное, да, а вообще говоря, если мы говорим о развитии, если мы говорим о строительстве новых мощностей, то все-таки нам никуда не уйти от того, чтобы решать тарифные проблемы. Если вы просите цифры, то мне кажется просто правильным сравнить ту ситуацию, которая сегодня происходит в Москве, сопоставить ее с какими-то прогнозами дальнейшего роста спроса и с наличием генерирующих мощностей. Российское правительство в декабре приняло постановление о том, что всей стране может понадобиться дополнительно 5 тысяч мегаватт установленной генерирующей мощности в ближайшее время, и их надо как-то распределить по различным энергозонам. Так вот, на мой взгляд, если в Москве ситуация со спросом будет развиваться так, как она развивается, то Москва заберет все эти 5 тысяч мегаватт себе легко. Это как раз как минимум те самые 500 миллионов долларов, о которых говорил Михаил, а скорее всего и весь миллиард в течение ближайших нескольких лет. Вот сколько надо денег, и деньги эти не придут, пока инвестор не будет получать от их вложения нормальный доход.ВЕДУЩИЙ: В таком случае, что же будет?Владимир МИЛОВ: Если ничего не будет делаться с точки зрения продвижения вперед реформ электроэнергетики... Что будет? Вот вы видели, как у нас бравым образом составляются графики ограничения потребителей. Говорят: света не хватает, значит, будем ограничивать тебя, тебя, тебя. Я думаю, что это та модель, которая нас в ближайшее время ждет, если мы не найдем способ заинтересовать инвесторов.ВЕДУЩИЙ: Как вы считаете, Москва все-таки разумно выходила из пика потребления электроэнергии, отключали действительно те объекты, которые бы стоило отключить, учитывая сложившуюся ситуацию?Владимир МИЛОВ: Там были какие-то ошибки, я не знаю, какое мнение у Михаила, но мне кажется, что в целом это все было пройдено очень профессионально. Но единственное, что отключение - это все-таки техническая мера, а содержательная... это очень печальная ситуация, что она вот так складывается, что приходится кого-то отключать.ВЕДУЩИЙ: На содержательную денег очень много надо. А как вы считаете?Михаил СЛОБОДИН: С моей точки зрения, действительно, РАО "ЕЭС России" оказалось гораздо больше готово, чем все остальные поставщики энергоресурсов. Об этой проблеме Анатолий Борисович заявил за несколько месяцев, и реально РАО "ЕЭС России" разработала свою программу, которую они в целом, не без проблем, конечно, локальных, они ее реализовали. Аналогичные программы на самом деле, конечно же, нужно иметь для газовиков, это совершенно очевидно, и тех, кто, условно говоря, локально поставляет другие виды энергоресурсов - это тепло и вода. То есть практически для страны нужна такая ситуация дефицитная, должен быть реальный целый комплекс мероприятий, и каждый из поставщиков должен иметь соответствующую программу работы в таких условиях.ВЕДУЩИЙ: Хорошо, еще раз о тарифах и инвестициях. Если тарифная политика сохранится до 2008 года, это ваш прогноз, я думаю, что она возможно сохранится и после этого, тогда что, откуда будет брать деньги РАО "ЕЭС России"? Все-таки РАО ЕЭС будет поделена среди крупных предприятий-потребителей?Михаил СЛОБОДИН: На самом деле здесь очень большая опасность, про которую Владимир уже коротко сказал, это когда генерирующие источники будут разобраны, условно говоря, и локализованы для промышленных потребителей. Дело в том, что у нас огромный сегмент, растущий сегмент - это мелкие бытовые потребители, население, мелкий и средний бизнес, который некому закрывать.ВЕДУЩИЙ: Которые платят бешенные деньги за подключение в Москве.Михаил СЛОБОДИН: Крупные промышленные предприятия локализуют, они решат свои проблемы. Кто будет решать проблемы вот этого растущего сегмента - вот в чем проблема. И здесь действительно до 2008 года мы не ожидаем кардинальных решений в области тарифной политики. Я думаю, что скорее всего, и мы уже видим прецеденты, будут использоваться большей частью бюджетные средства. Юрий Михайлович у нас обратился уже в правительство, насколько я знаю, с предложением обсудить вопрос бюджетного финансирования строительства генерирующих источников.ВЕДУЩИЙ: А что он еще мог предложить, с вашей точки зрения?Михаил СЛОБОДИН: Конечно, сегодня других вариантов нет, но мы, к сожалению, таким образом только консервируем проблему. Сейчас на бюджетные, условно бесплатные деньги построят часть генерирующих активов, решат локальную проблему, но эта проблема каждый год все растет и растет.ВЕДУЩИЙ: Но, может быть, это правильно? Простите, если это дилетантское утверждение, но если сегодня есть в бюджете соответствующие деньги, почему не построить мощности и тарифы, конечно, выводить на уровень рентабельности, но достаточно плавно?Михаил СЛОБОДИН: Но через три года эти бюджетные деньги могут каким-то образом закончиться, у нас имеет ситуация цикличный характер, что мы будем с вами делать?ВЕДУЩИЙ: Хорошо, Владимир, вы не подскажете, что мы будем делать?Владимир МИЛОВ: Безусловно, если нет возможности привлекать частных инвесторов, то тратить бюджетные деньги - это тоже выход, и это надо делать. Кстати говоря, очень многие сейчас ставят так вопрос, что если реформа не двигается, если частные инвесторы гарантированно не приходят в отрасль, то надо лоббировать свои интересы и просить денег из бюджета, у правительства, из инвестиционного фонда, откуда угодно. Михаил абсолютно прав, это совершенно временное решение, которое еще к тому же может способствовать тому, что найдут сколько-то денег в бюджете и успокоятся. А системные проблемы в стране останутся и начнут только накапливаться, потому что экономический рост неизбежно приводит к росту спроса на электроэнергию. Эта ситуация будет повторяться через несколько лет с потрясающей цикличностью, и в общем в такие кризисы мы будем попадать еще не раз.ВЕДУЩИЙ: Скажите, то, о чем мы с вами говорим, власть не понимает?Владимир МИЛОВ: У власти просто, очевидно, другие задачи сегодня являются приоритетными. Это задача в первую очередь поддержания иллюзии социального спокойствия и благополучия в стране. Один из инструментов этого - это, безусловно, сдерживание тарифов на электроэнергию, другой инструмент - это сохранение контроля, централизованного контроля над электроэнергетической отраслью, вот этой самой кнопки или телефона, по которому можно позвонить и дать команду, чтобы отключили или включили какой-то объект. Поэтому не приватизируются генерирующие мощности. Поэтому государство боится до сих пор либерализовать рынок. Я думаю, что пока вот эти приоритеты поддержания иллюзии социальной стабильности в стране будут оставаться главными у правительства, конечно, никакой реформы ждать не стоит.ВЕДУЩИЙ: Спасибо.Политический фактор, естественно, присутствует в любой реформе, особенно, когда речь заходит о реформировании естественных монополий. Нам придется реформировать и транспорт, и газовую промышленность, и естественную энергетику. Всегда дискуссии, всегда споры, всегда столкновения конкретных интересов, различных группировок власти и бизнеса. И только в энергетике политический фактор, к сожалению, может доминировать над проблемой. К чему это приведет, зима покажет. 

РАО ЕЭС получило 50% в СП на Экибастузской ГРЭС-2 в Казахстане

07-07-2005
Рейтер

РАО ЕЭС получила 50 процентов в создаваемом на базе ОАО Станция Экибастузская ГРЭС-2 российско-казахстанском совместном предприятии в обмен на задолженность за поставки электроэнергии, говорится в сообщении РАО.

Протокол о создании СП подписали министр энергетики и минеральных ресурсов республики Казахстан Владимир Школьник и член правления РАО ЕЭС Андрей Раппопорт.

СП создается в рамках урегулирования задолженности за 1993-1996 годы РГП НЭС Казахстанэнерго по оплате поставлявшейся со стороны РАО ЕЭС электроэнергии.

В соответствии с ранее достигнутыми договоренностями погашение задолженности предполагается осуществить путем передачи казахстанской стороной в РАО находящихся в государственной собственности 50 процентов акций ОАО Станция Экибастузская ГРЭС-2, а также имущественных комплексов Северного погрузочно-транспортного управления и железнодорожных станций Трудовая и Ударная.

Задолженность казахстанской стороны перед РАО ЕЭС составляла порядка $239 миллионов.

Протокол оговаривает действия сторон до 2010 годах по развитию создаваемого на базе ОАО Станция Экибастузская ГРЭС-2 совместного предприятия.

Крупнейшая в Казахстане Экибастузская ГРЭС-2 установленной мощностью 1000 мегаватт введена в эксплуатацию в 1990 году и сейчас на нее приходится порядка 12 процентов в общем объеме производимой электроэнергии в Казахстане. В 2004 году ЭГРЭС-2 экспортировала в Россию 4 миллиарда киловатт-часов энергии.

Через две недели в Астане должны быть объявлены итоги тендера по управлению госпакетом акций Экибастузской ГРЭС, вероятными победителями которого в тендерной комиссии называли Access Industries, контролируемую российским предпринимателем Леонардом Блаватников, и казахское АО Евроазиатская энергетическая корпорация (ЕЭК).

Победитель тендера должен иметь опыт управления энергетическими предприятиями, инвестиционную программу, а также иметь возможность снабжать углем ЭГРЭС-2 в необходимом объеме по ценам, обеспечивающим конкурентоспособность вырабатываемой на станции электроэнергии.

Кроме того, победитель тендера должен будет содействовать созданию совместного казахстанско-российского предприятия на базе этой станции.


Укринтерэнерго не видит препятствий для возобновления транзита российской электроэнергии в Молдавию

15-06-2006
Интерфакс

Госпредприятие внешнеэкономической деятельности "Укринтерэнерго", оператор экспорта украинской электроэнергии, не видит препятствий для возобновления транзита российской электроэнергии в Молдавию.Как отмечается в сообщении "Укринтерэнерго", представители госпредприятия, национальной акционерной компании "Энергетическая компания Украины" и ЗАО "ИНТЕР РАО ЕЭС" (дочерняя структура РАО "ЕЭС России", российский оператор экспорта-импорта электроэнергии) на рабочей встрече в мае обсудили технические и экономические аспекты транспортировки российской электроэнергии по территории Украины и вопросы ее поставки в Молдавию."Укринтерэнерго" изучает предложения российской стороны для разработки конструктивного решения, которое было бы приемлемым для всех сторон переговорного процесса, и не усматривает в этом вопросе никаких конфликтов и препятствий", - говорится в сообщении предприятия.Предполагается, что переговорный процесс будет возобновлен после проведения анализа и обработки технико-экономического обоснования транспортировки украинской энергосистемой российской электроэнергии в Молдавию (с учетом интересов всех сторон), а также экспорта украинской электроэнергии в эту республику и другие страны.Украина и Россия в 2001 году заключили соглашение о паритетных поставках электроэнергии в Молдавию одновременно с соглашением о параллельной работе энергосистем двух стран. Продажу российской и украинской электроэнергии в Молдавию на условиях DAF осуществляло "Укринтерэнерго". Госпредприятие приобретало российскую электроэнергию на украинско-молдавской границе.ЗАО "ИНТЕР РАО ЕЭС" после получения в 2005 году контроля над Молдавской ГРЭС (Приднестровье), крупнейшей электростанцией в регионе, неоднократно обращалось в адрес "Укринтерэнерго" с предложениями выработать согласованную ценовую политику при осуществлении совместных поставок электроэнергии в Молдавию, однако безрезультатно.Российская компания предлагала повысить цену экспортируемой электроэнергии, тогда как Молдавия не соглашалась на такое повышение. "Укринтерэнерго", со своей стороны, продолжало поставлять электроэнергию в Молдавию по ранее согласованной цене ($0,025 за 1 кВт.ч) в связи со значительным ее переизбытком на Украине.При этом рост цены на украинскую электроэнергию на оптовом рынке электроэнергии и тарифов на ее транспортировку межгосударственными линиями электропередачи сделали экономически невыгодным для "Укринтерэнерго" транзит российской электроэнергии."Укринтерэнерго" с 1 мая прекратило поставки российской электроэнергии в Молдавию. Прекратившиеся поставки электроэнергии из РФ были замещены дополнительными объемами украинской электроэнергии.